Первым систематизатором
логических (софистических и
паралогистических) ошибок является
Аристотель. Его работа «О софистических
опровержениях» посвящена аналитическому
разбору возможных ошибок, допускаемых
софистами в рассуждении, в доказательстве.
Хотя работа и рассматривается как
отдельная, самостоятельная, однако,
учитывая аристотелевские замечания в
ней, похоже, что это заключительная
часть его «Топики».
Анализируя ошибки,
Аристотель посчитал необходимым
оговорить четыре рода доводов, которыми
обычно пользуются в беседах, и пять
целей, преследуемых полемистами в споре.
Некоторые из этих доводов и целей уже
были рассмотрены Аристотелем в его
«Аналитиках», в «Топике»,
софистические же — рассматриваются в
этих опровержениях. Не пересказывая
всю работу (интересующиеся могут
познакомиться с нею самостоятельно),
рассмотрим лишь те тринадцать уловок,
к которым прибегают софисты, знание
которых должно уберечь наши собственные
доказательства от ошибок, а также и
помочь разоблачению их в доказательствах
других.
Аристотель выделяет
шесть
видов преднамеренных ошибок—софизмов,
основывающихся на неправильном
употреблении словесных выражений, т.е.
зависящих от языка, от оборотов речи.
Прежде всего это — омонимия, позволяющая
одно и то же слово употреблять в разных
значениях. Поскольку в рассуждении мы
оперируем не вещами, а знаковыми системами
(словами, именами вещей), а вещей при
этом значительно больше, чем слов (число
имен и слов ограничено, вещей —
безгранично), то одно и то же слово может
обозначать разное. Вот эта особенность
и может быть использована для построения
софистического доказательства. Так, в
рассуждении:
Лев — царь зверей
Лев — имя
существительное
Имя существительное
— царь зверей,
конечно же, имеет
место софистическая уловка отождествления
слова с тем животным, которое это слово
обозначает, т.е. в сущности происходит
учетверение термина в умозаключении,
хотя в нем должно быть три и только три
термина. В данном рассуждении нет
среднего термина, он таковым только
кажется, по видимости. То же самое и в
следующем рассуждении:
Лук есть оружие
дикарей
Лук есть домашнее
растение
Домашнее растение
есть оружие дикарей.
Другой намеренной
ошибкой выступает амфиболия, или
двусмысленность выражения в целом.
Например: «Мать любит дочь», «Желание
врагов захватить», «Знание букв»,
«Генерал своим корпусом преградил
ему путь» или «Суд установил, что
обвиняемый передал для незаконного
дубления кроме шкуры своей собственной,
телячьей, также и шкуру своей матери,
говяжью». Нет спора, в контексте того
или иного произведения подобные выражения
могут пониматься однозначно, но
необходимости, закономерности именно
однозначного их понимания всетаки нет.
К тому же многие подобные выражения и
не так-то просто раскрывают свою
двусмысленность, неоднозначность. Этим,
при некотором навыке, довольно просто
пользоваться. Логика, указывая способы
соблюдения точности, строгости и
однозначности, тем самым дисциплинирует
мышление, рассуждение.
Софистической
уловкой может служить и оксюморон —
двусмысленность, возникающая при
соединении противоположных по значению
слов. Например: «сидящий встал»,
«бегущий остановился», «горячий
снег», «жареный лед», «свободная
зона» и т. п.
Еще одной уловкой
является двусмысленность, основанная
на разъединении целого на части и
приписывании свойств, присущих лишь
части, всему целому. Например: «Пять
— это два и три, но поскольку два —
четное число, а три — нечетное число,
то пять, получается, четное и нечетное
число одновременно».
Следующая софистическая
уловка основывается на неправильном
произношении. Эта особенность развита
в разных языках по-разному. В русском
языке нет свойственного древнегреческому
языку придыхания (тонкого, густого),
острого ударения, но достаточно слов,
значение которых существенно зависит
от ударения (замок и замок, атлас и атлас,
ледник и ледник и т. п.), а также фраз,
значение которых существенно зависит
от логического ударения: «Казнить
нельзя помиловать».
Наконец, последней
намеренной ошибкой, перечисленной
Аристотелем, является двусмысленность,
которая достигается посредством формы
выражения, подмены мужского рода женским
(и наоборот), подмены среднего рода
мужским или женским за счет одинаковости
окончаний этих слов; или подмены качества
количеством (и наоборот); или отождествления
результата с процессом, состояния — с
действием и т.п. Скажем, слово «здравствовать»
можно понимать и как состояние, и как
действие, в то время как сходное с ним
по грамматической форме слово «строить»
предполагает лишь действие, процесс.
Софизмы и паралогизмы,
не зависящие от словесного выражения,
не зависящие от языковых форм выражения,
Аристотель подразделяет на семь
видов. Первый среди них — «от
привходящего», как называет его
Аристотель, или, говоря современным
языком, — на основании случайного. Как
известно, предметам (вещам, явлениям,
процессам) присущи многие, как существенные,
так и случайные (привходящие) свойства.
Однако, случайные свойства, как правило,
не характеризуют сущность предмета
(явления, процесса). Так, если преподаватель
не то, что студент, а студент, известно,
— человек, то можно софистически
заключить, что преподаватель — не человек.
Следующая ошибка
происходит, когда от сказанного вообще
переходят к сказанному в определенном
отношении, т.е. с определенным ограничением.
В самом деле, если известно, что мышьяк
— яд, то на этом основании можно ошибочно
заключить (если не учесть, что в
определенных дозах, с определенным
ограничением, в определенных случаях
этот яд может быть лекарством, например,
при зубной боли), что врач, прописавший
мне мышьяк, хочет меня отравить.
Аналогичной будет ошибка и при обратном
рассуждении: от сказанного в определенном
отношении к сказанному вообще, т.е. из
того, что мышьяк есть лекарство, нельзя
заключать, что он вообще всегда и всем
полезен. Для знающих не только предметную
область, но и структуру рассуждений,
доказательств и их законы (правила),
подобные софизмы легко поддаются
обнаружению и разоблачению, но для не
знающих ни структур, ни правил рассуждений,
подобные нарушения зачастую проходят
незамеченными, потому что различие
между «быть чем-то» и просто «быть»,
между «не быть чем-то» и просто «не быть»
кажется совсем незначительным.
Возникают ошибки и
когда нечетко сформулирован предмета
рассмотрения, обсуждения, спора (предмет
мысли, тезис доказательства или
опровержения), когда его рассматривают
(о нем говорят) в разные периоды его
существования, а он, ведь, со временем
меняется. Вот почему необходимо, по
логике, строго соблюдать однозначность
не только предмета мысли, но и времени
его рассмотрения, условий, в которых он
рассматривается. Согласно логике эти
обстоятельства должны быть определенными,
известными и не меняться в процессе
рассмотрения (обсуждения) предмета.
Выделяет Аристотель
и паралогизм, возникающий при использовании
в качестве основания (аргумента, довода,
посылки) такого положения, которое лишь
кажется бесспорно истинным, на самом
же деле оно — либо ложно, либо не
обоснованно. Примером такой ошибки
является цитированное сообщение Геродота
о своеобразном «доказательстве»
фараона Псамметиха.
Очередной паралогизм,
на который указывает Аристотель, есть
ошибка, связанная с перенесением
следствия на место причины. Аристотель
эту ошибку называет «от следования».
Так, известно, что если человек болен
лихорадкою, то у него обязательно высокая
температура. Но когда это следование
оборачивают, тогда заключают: раз у
человека высокая температура, то он
болен лихорадкою. Или — раз во время
дождя люди раскрывают зонтики, то для
того, чтобы пошел дождь, надо тоже
раскрывать зонтики. Нередки ведь и
случаи, когда для обоснования, что кто-то
вор, указывают, что он любит шататься
по ночам.
Следующий паралогизм
возникает от принятия за причину того,
что ею на самом деле не является. Его
можно назвать умозаключением через
невозможное. Примером может служить,
скажем, следующий прием, сбивающий с
толку собеседника: «Скажите, сколько
вам заплатили за то, чтобы вы отстаивали
именно это положение?». Вариации тут
могут быть самыми разнообразными, число
их растет, они формируются иногда в
конкретной ситуации: «Конечно, этот
довод приведешь не во всяком споре,
человек, недостаточно образованный его
не оценит и не поймет, но вы — человек
умный, начитанный, вам, конечно, известно,
что наукой установлено…». В данном
случае уловка и рассчитана на то, что
именно этот-то человек в действительности
и не осведомлен о достижениях наук, и
согласится с доводами из тщеславия,
услышав о себе такие эпитеты.
Наконец, последний,
по Аристотелю, вид логической ошибки
опирается па соединение нескольких
вопросов в один. Такое случается довольно
часто, отвечающий порой не придает этому
значение, а вопрошающему нужен определенный
ответ. Аристотель в подобных случаях
советует не давать на такие вопросы
простых ответов. Например, на вопрос:
«Перестал ли ты бить своего отца?»
— любой простой ответ приводит к
несуразице. По Аристотелю, правильным
ответом на такой вопросможет быть
следующий: «Я не могу даже подумать
о том, что можно было бить отца, ибо
большего позора для сына быть не может».
Обычно, в софистических спорах,
вопрошающий, задавая вопрос, ставит
ограничения на форму ответа, он
препятствует сложным ответам, он требует
ответов «прямых».
Например: «Честно
или не честно защищать другого в ущерб
себе? Да или нет?»
— Но постой, — отвечает
спрашиваемый, — я не могу одним словом
ответить на такой вопрос.
— А! Не можешь прямо
ответить! Когда тебя прижмут к стенке,
ты всегда пускаешься на всякие уловки!
— Да нет же! Сам вопрос
такого рода, что на него невозможно
ответить только «да» или «нет».
Это сложный вопрос и на него надо…
— Слыхали мы эти ваши
отговорки, эти громкие фразы, знаем ваши
увертки, а ты мне без обиняков, без
хитросплетений ответь прямо — «да»
или «нет».
Понятно, что в
подобных случаях трудно удержаться на
логической основе, но из этого примера
можно извлечь урок: не во всякий спор
следует ввязываться, не оговорив четких
условий и правил.
Итак, это основные
виды ошибок, выделенные Аристотелем в
софистического характера рассуждениях.
Однако, следует иметь в виду, что каждая
из этих ошибок, в особенности чисто
логического характера, имеет разнообразные
модификации, разновидности, поэтому
полный перечень таких ошибок сделать
невозможно. В отечественной логической
литературе имеется несколько работ,
затрагивающих подобные ошибки, и среди
них особое место занимает работа
профессора Санкт-Петербургского
(Ленинградского) университета Сергея
Иннокентьевича Поварнина (1870-1952) «Спор.
О теории и практике спора». Впервые
она была издана в 1918 г., потом переиздана
в 1923 г. под названием «Искусство
спора», как более, по мнению самого
автора, соответствующего сути работы.
В 1990 г. «Спор» С.И. Поварнина вновь увидел
свет в 3-м номере журнала «Вопросы
философии». В 90-е гг. эта работа имела
несколько изданий по России: тематика
этой работы в период обострения
политических дебатов стала особенно
злободневной. В работе рассмотрены
многие приемы и собрано много примеров
ошибок софистического характера, поэтому
ее можно рассматривать как одну из
немногих, особенно в нашей литературе,
попыток классифицирования логических
ошибок. Некоторые примеры из этой книги
С.И. Поварнина заимствованы и нами.
Другая работа,
затрагивающая ошибки доказательства,
создана крупным отечественным философом
и логиком В.Ф. Асмусом под названием
«Учение логики о доказательстве и
опровержении» (М., 1954). Можно назвать
еще и работу А.Н. Шейко «Правила
логического доказательства» (Киев,
1956).
ЗАКЛЮЧЕНИЕ § 1. ЛОГИЧЕСКИЕ ОШИБКИ Первым систематизатором логических (софистических и па- ралогистических) ошибок является Аристотель. Его работа «О софистических опровержениях» посвящена аналитическому разбору возможных ошибок, допускаемых софистами в рас суждении, доказательстве. Аристотель выделяет шесть видов преднамеренных ошибок — софизмов, основывающихся на не правильном употреблении словесных выражений, т. е. завися щих от языка, от оборотов речи. Прежде всего это — омонимия, позволяющая одно и то же слово употреблять в разных зна чениях. Поскольку в рассуждении мы оперируем не вещами, а знаковыми системами (словами, именами вещей), и при этом вещей значительно больше, чем слов (число имен и слов огра ничено, вещей — безгранично), то одно и то же слово может обозначать многое. Вот эта особенность и может быть исполь зована для построения софистического доказательства. Так, в рассуждении Лев — царь зверей Лев —■ имя существительное_______ Имя существительное — царь зверей, конечно же, имеет место софистическая уловка отождествле ния слова с тем животным, которое это слово обозначает, т. е. учетверение термина в умозаключении. То же самое и в сле дующем рассуждении: Лук есть оружие дикарей Лук есть домашнее растение___________ Домашнее растение есть оружие дикарей.
Другой намеренной ошибкой выступает амфиболия, или дву смысленность выражения в целом. Например: «Генерал своим- корпусом преградил ему путь» или «Суд установил, что обви няемый передал для незаконного дубления кроме шкуры своей 105
Главным систематизатором логических ошибок и софизмов является Аристотель. (“О софистических опровержениях”.)
Известно, что Аристотель выделил 6 видов софизмов:
* Тождесловие,
* Амфиболия, то есть двусмысленность фразы в целом.
* Оксюморон, то есть высказывание содержащее в себе внутреннее противоречие.
* “Словесная манипуляция”, то есть сообщение какой-то части предмета смысла всего предмета.
* Неправильное произношение.
* “Стихийность рассуждения” – на основании случайных явлений.
Давайте посмотрим примеры употребления этих словесных недоразумений:
1.1. Тождесловие (ононимия).
Приведу пример ононимии:
А. Этот человек для меня умер.
Б. Всех умерших нужно закопать землю,
В. Следовательно этого человека нужно предать земле.
Как видим слово “смерть” в утверждении “А” и в “Б” имеют разные значения. В первом случае “смерть” – это состояние разрушенности отношений. Во втором – смерть это прекращение жизненных функций. Здесь мы видим нарушение 1 закона логики, закона тождества. Этот закон говорит, что, употребляя одни и те же слова мы должны использовать их в одних и тех же значениях.
Приведу ещё пример: “Употребление в храмах свечей и иных предметов церковного обихода, приобретенных и произведенных вне Церкви, не допускается”. (Раздел XX, гл. 40. устава РПЦ.) Теперь вспомним, что Церковь – это Тело Христа. Тогда у нас получается: “Употребление в храмах свечей и иных предметов церковного обихода, приобретенных и произведенных вне Тела Христова не допускается.” Какая-то абсурдная получается фраза.
Налицо смешение понятий: Церковь – как некая некоммерческая структура и Церковь как Тело Христово. И мы должны видеть разницу. Иначе запутаемся сами и запутаем других.
Вот ещё пример тождесловия: “Папа Карло вырубил Буратино”.
1.2. Амфиболия.
Смотрите: Студент пишет в сочинении: “Онегин и Ленский вышли на дуэль в панталонах. Когда они разошлись грянул выстрел”. Амфиболия – это двусмысленная фраза. В нашем случае непонятно, кто разошёлся? Панталоны или Онегин с Ленским.
Самый известный пример амфиболии: “Казнить нельзя помиловать.”
1.3. Оксюморон. Это фраза, имеющая внутри себя логическое противоречие. Приведу несколько примеров: “свободная зона”, “ненормальный закон”, “эмоциональное опустошение”, “медленная быстрота”.
1.4. “Словесная манипуляция” – это выделение из общего некой части и присвоение ей свойств целого. Вот пара примеров: “Империя – это я”. (Людовик XIV.) “Нефть – это чёрная “кровь” современной России”.
“Спасение – это только призывание Иисуса, как своего личного Спасителя”.
1.5. Неправильное произношение. Эта логическая ошибка возникает в ситуации, когда кто-то ставит ударение не там. Например, вместо “замОк” – “зАмок” или “пОтом” вместо “потОм”. Особая форма неправильного произношения связана с акцентами, которые мы расставляем в предложении. К примеру я какому-то знакомому говорю про своего начальника: “Я бы не хотел своими словами обидеть своего начальника”.
В этой фразе я ставлю акцент на слове “ОБИДЕТЬ”. Представим себе, что мой собеседник, услышавший от меня эту фразу, пересказывает её за моей спиной не меняя, при этом, ни слова, зато расставляя акценты в других местах:
“Пермяков сказал, что он не хотел бы своими СЛОВАМИ обидеть своего начальника”. Это значит, что я именно СЛОВАМИ не хочу обидеть начальство, зато делами – пожалуйста! А теперь ещё вариант:
“Пермяков сказал, что он не хотел бы словами обидеть СВОЕГО начальника”. Эта фраза означает, что только и только СВОЕГО начальника я не хочу обидеть, а вот чужого начальника – легко!
Третий пример:
“Пермяков сказал, что он не хотел бы своими словами обидеть своего НАЧАЛЬНИКА”. Из такой интерпретации моих слов получается, что вот одного только своего НАЧАЛЬНИКА я не хочу обидеть, а всех остальных запросто!
(Кстати, профессиональные манипуляторы, как правило, эксплуатируют этот приём. При формальной передаче текста без искажений – они меняют его смысл, создавая нужные им интерпретации фразы посредством тонкой игры интонаций.)
1.6. “Стихийность рассуждения” – это подведение итогов на основании случайных или стихийных событий. Примером стихийности может послужить совпадение астрологического прогноза и какого-то события в жизни любителя астрологии. Но я бы привёл такой пример “стихийности”, когда люди на основании внешних черт сходства религий делают вывод, что все религии ведут к одному Богу. “Культ есть там и там. Молитвы есть там и там. Священные тексты есть там и там. Значит все религии ведут к одному Богу”. Так ли это? Язык есть у коровы, у народа, у колокола и у дверного замка. Значит ли это, что колокол и корова – это одно и то же? Для того чтобы “предмет Х” = “предмету Y” необходимо, чтобы существенные признаки предметов совпадали. Это же касается и религий. Как узнать существенные признаки религий? Надо спросить о существенных признаках ислама у мусульманина, а о существенных признаках христианства у христианина. Что скажет мусульманин? Какой он назовёт существенный признак ислама? – Мусульманин скажет: “Нет Бога кроме Аллаха и Магомет пророк Его”. Что скажет христианин? Он скажет: “Христос воскресе из мертвых смертию смерть поправ и сущем во гробех живот даровав!” Может ли мусульманин согласиться с этим? Нет, если он собирается быть и дальше мусульманином, то он обязательно будет отрицать искупительную миссию Христа. А могут ли христиане согласиться с формулировкой мусульман? Возможно некоторые христиане согласятся с первой частью мусульманского исповедания (“Нет Бога кроме Аллаха”. “Аллах” – это арабское произношение еврейского слова Элогим) а насчёт Магомета, то христиане о нём ничего не знают. В священных текстах христиан о нём ничего не говорится. И появился ислам почти на 6 веков позже христианства. Так что апостолы (от которых пошло христианство) не могли знать Магомета лично. Всё это говорит о том, что… тезис “Все религии ведут к одному Богу” не может быть доказан путём сравнения второстепенных свойств религий..
Ещё одна разновидность “стихийности рассуждения” это применение вывода в частном случае к общей практике. Например, когда-то в ранней Церкви были такие иудео-христиане, которые считали, что перед крещением мужчин их необходимо было обрезывать. Чем они это обосновывали? Примером ап. Павла. Он и сам был обрезан и после своего Крещения обрезал, а потом крестил Тимофея, который потом стал апостольским мужем и христианским епископом. Или вот ещё пример: В древней Церкви некоторые христиане имели дар иных языков (“Иному даётся вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков. 1Кор. 12:9-10) Но современные пятидесятники считают, что это касается всех христиан, которые имеют св. Духа. Впрочем и я, тот кто пишет эти слова, чуть было не впал здесь в логическую ошибку. Дело в том, что не все пятидесятники думают, что говорение на языках – это условие или печать спасения. Если бы я так сказал, то как раз и впал бы в “стихийность рассуждения”. (Про иные языки мы поговорим в другом месте.)
ОШИБКА ЛОЖНЫХ ОСНОВАНИЙ.
Ещё одна ошибка связана с опорой в рассуждениях на псевдооснования. Приведу пример: Княгиня Ольга была, согласно летописям, “варяжской крови”. Варяги на Западе назывались норманнами. Отсюда можно сделать вывод, что княгиня Ольга была родственница нормандскому королю Вильгельму Завоевателю.
ОШИБКА СМЕШЕНИЯ ПРИЧИНЫ И СЛЕДСТВИЯ.
Вот пример: если “все полицейские вооружены дубинками”, это не значит, что если человек вооружён дубинкой, то он обязательно полицейский. Согласны?
ОШИБКА ЛОЖНОЙ ДИЛЕММЫ.
А вот логическая ловушка: “Вика! Ты уже перестала бить своего деда?”
Если Вика скажет, что перестала, значит раньше била. А если не перестала, значит сейчас бьёт! Эта ловушка может быть названа “ошибкой ложной дилеммы”.
ОШИБКА НЕПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТИ.
Приведу пример: “От Калининграда до Янтарного 60 Км. От Калининграда до Советска – 120 км. А теперь скажите: значит ли это, что расстояние от Янтарного до Советска 120-60=60 км?
Или может быть наоборот 120+60=180 км? А если вместо Янтарного будет Черняховск… расстояние между ним и Советском тоже будут 180 км?
Хотите ли вы знать об основных ошибках в общении с иноверцами, инославными и сектантами?
Жми сюда:
https://www.pravmissia.ru/oshibki-v-razgovore-s-inoslavnymi-i-sektantami/

Логика в вопросах и ответах. Учебное пособие |
||||||||||||||||
|
Оглавление
Глава 1. Логика как наука, ее предмет, значение, задачи. Структура логики. Исторические особенности развития логики, ее разновидности
Глава 2. Принципы и основные законы логики. Простейшие методы мыслительной деятельности. Методология логики. Способы построения логики и ее язык
Глава 3. Понятие как простейшая и основная форма мысли. Понятийное мышление. Структура, виды, отношения и операции с понятием
Глава 4. Суждение как мысль, которая по природе своей может быть либо истинной, либо ложной. Простое суждение, его структура, виды, отношения и операции с ним. Сложное суждение, его разновидности и закономерности
Глава 5. Умозаключение. Разновидности умозаключений: простой категорический силлогизм, условный силлогизм и разделительный. Сокращенные, сложные и сложносокращенные силлогизмы
Глава 6. Индуктивные умозаключения. Методы научной индукции
Глава 7. Традуктивные умозаключения и их разновидности
Глава 8. Научные формы мысли. Проблема (вопрос), доказательство (опровержение), гипотеза и теория
Глава 9. Логические ошибки
Заключение
Для бесплатного чтения доступна только часть главы! Для чтения полной версии необходимо приобрести книгу
Глава 9.
ЛОГИЧЕСКИЕ ОШИБКИ
Что такое паралогизмы и софизмы?
Любое нарушение норм логики, т. е. любая ошибка в логике, называется алогизмом. Сознательное нарушение правил логики — это софизм, нечаянное, непредумышленное нарушение — паралогизм.
Кто создал первую классификацию логических ошибок?
Главным систематизатором логических ошибок и главным критиком софистики и софизмов является Аристотель. Его работа «О софистических опровержениях» посвящена разбору ошибок, допускаемых софистами в рассуждении, и их наименованию. Хотя работа и рассматривается как отдельная, самостоятельная, однако, учитывая аристотелевские замечания в ней, похоже, что это заключительная часть его «Топики».
Анализируя ошибки, Аристотель посчитал необходимым оговорить четыре рода доводов, которыми обычно пользуются в беседах, и пять целей, преследуемых полемистами в споре. Некоторые из этих доводов и целей уже были рассмотрены им в его «Аналитиках», в «Топике», софистические же рассматриваются в работе «О софистических опровержениях».
Не пересказывая его работу (интересующиеся могут познакомиться с нею самостоятельно), рассмотрим лишь те тринадцать уловок, к которым прибегают софисты и которые Аристотель выделил. Знание этих ошибок должно уберечь наши собственные рассуждения и доказательства от паралогизмов, а также и помочь обнаружению ошибок в рассуждениях и доказательствах других.
Как известно, Аристотель выделил четыре способа рассуждения, или доказательства: аподиктические (научные), диалектические, пейрастические и эристические. Последние, в свою очередь, разделены Аристотелем по числу уловок, используемых в этих, так сказать, «доказательствах», на пять видов: использующих неправильные опровержения, положительную ложь, парадоксальные мнения, ошибки языка (соляцизмы) и тождесловие (омонимию).
Софизмов, преднамеренно основывающихся на неправильном употреблении словесных выражений, т. е. зависящих от языка, от оборотов речи, Аристотель выделил шесть видов. Прежде всего это омонимия, позволяющая одно и то же слово употреблять в разных значениях. Поскольку в рассуждении мы оперируем не вещами, а знаковыми системами (словами, именами вещей), а вещей при этом значительно больше, чем слов (число имен и слов ограничено, вещей — безгранично), то одно и то же слово может обозначать разное. Вот эта особенность и использована для построения софистических доказательств, рассуждений:
Конечно же, здесь имеет место софистическая уловка, связанная с нарушением требования логики — в умозаключении должно быть три и только три термина. В данном рассуждении имеет место «учетверение терминов», потому что слово «лук» употреблено в разных значениях и поэтому в этом умозаключении нет среднего термина, слово «лук» таковым только кажется, в рассуждении четыре термина.
Внимание! Авторские права на книгу «Логика в вопросах и ответах. Учебное пособие» (Кобзарь В.И.) охраняются законодательством!
Слайд 1
Теория доказательства и аргументации

Слайд 2
Доказательства и опровержения
Доказательство — обоснование истинности некоторого утверждения с
помощью других, истинных и связанных с ним утверждений.
доказательство включает в себя три элемента:
Тезис – утверждение, истинность которого обосновывается в процессе доказательства.
Аргументы (или основания) – утверждения, с помощью которых обосновывается истинность тезиса.
Демонстрация (или форма) доказательства – логическая связь аргументов с тезисом.

Слайд 3
диалог из романа ф. Сологуба «Мелкий бес»:
«Раздосадованный Рутилов сказал:
– Ты,
Арнольд Борисыч, и не будешь никогда быком, потому что ты – форменная свинья.
– Врешь, – угрюмо сказал Передонов.
– Нет, не вру, и могу доказать, – злорадно сказал Рутилов.
– Докажи, – потребовал Передонов.
– Погоди, докажу, – с тем же злорадством в голосе ответил Рутилов.
Оба замолчали… Вдруг Рутилов сказал:
– Арнольд Борисыч, а у тебя есть пятачок?
– Есть, да тебе не дам, – злобно ответил Передонов. Рутилов захохотал.
– Как есть у тебя пятачок, так как же ты не свинья! – крикнул он радостно».
Всякая свинья имеет пятачок.
Арнольд Борисыч имеет пятачок.
Следовательно, Арнольд Борисыч – свинья

Слайд 4
Прямое и косвенное доказательства
В прямом — тезис непосредственно следует из
аргументов.
Косвенное доказательство («доказательство от противного») имеет еще один элемент – антитезис ( затем показываем, что он ложен).
мы хотим доказать тезис «Чиновник Копилкин берет взятки». Напрямую такой тезис доказать трудно, поэтому прибегаем к косвенному доказательству.
говорим, допустим, что Копилкин не берет взяток. Вот наш антитезис: «Чиновник Копилкин не берет взяток». Теперь нам нужно показать, что этот антитезис ложен.
Если верно, что Копилкин не берет взяток, то отсюда следует, что он со своей семьей живет на зарплату… Следовательно, наше предположение о том, что он не берет взяток, ошибочно, т.е. антитезис ложен.

Слайд 5
В авиационном подразделении служат Утконосенко, Крокодиладзе, Гиппопотамян, Змеюкин и Муравьедский.
Их специальности: пилот, штурман, бортмеханик, радист и синоптик.
Определите, какую специальность имеет каждый из них, если известны следующие факты.
Крокодиладзе и Змеюкин не знакомы с управлением самолета.
Утконосенко и Змеюкин готовятся стать штурманами.
Квартиры Крокодиладзе и Муравьедского находятся рядом с квартирой радиста.
Гиппопотамян, находясь в доме отдыха, встретил Крокодиладзе и сестру синоптика.
Утконосенко и Крокодиладзе в свободное от работы время играют в шахматы с бортмехаником и пилотом.
Змеюкин, Гиппопотамян и синоптик увлекаются боксом.
Радист боксом не увлекается.

Слайд 6
Начинаем с того, о ком приведено больше данных. Это –
Крокодиладзе. Он не пилот, не радист, не синоптик, не бортмеханик. Остается одно: Крокодиладзе – штурман.
Далее трижды упоминается Змеюкин. Теперь мы можем уверенно сказать, что он не штурман, не пилот, не синоптик и не радист. Следовательно, Змеюкин – бортмеханик.
Гиппопотамян не штурман и не бортмеханик, но и не синоптик, не радист. Следовательно, Гиппопотамян – пилот.
Муравьедский, как уже известно, не штурман, не бортмеханик, не пилот. Еще нам дано, что он не радист. Следовательно, Муравьедский – синоптик, а Утконосенко может быть только радистом.

Слайд 7
2. Соблюдены ли правила доказательства (какие) в следующих рассуждениях:
— У
первого начала термодинамики было три автора: Майер, Джоуль и Гельмгольц. У второго — два автора: Карно и Клаузиус, а у третьего — всего один автор: Нернст. Следовательно, число авторов четвертого начала термодинамики должно равняться нулю, т.е. такого закона просто не может быть. Таким образом, Нернст завершил разработку фундаментальных законов термодинамики.
— Так как некоторые студенты нашего факультета являются спортсменами, то, значит, некоторые учащиеся являются спортсменами. А так как все студенты нашего факультета являются учащимися, то, значит, и некоторые спортсмены являются учащимися.
— Преподаватель журит студента за слабое знание предмета. «Но я же учил, я прочел всю литературу, которую Вы нам рекомендовали», — аргументирует свою позицию студент.
3. К каким видам н почему Вы отнесли бы следующие доказательства:
— Общеотрицательное суждение обращается в такое же общеотрицательное потому, что в общеотрицательном суждении и субъект и предикат всегда распределены, и перестановка их местами не меняет количественных (объемных) показателей этих понятий.
— Этот поступок могли совершить только или Иванов, или Петров, или Сидоров. Так как твердо установлено, что ни Иванов, ни Петров не совершали его, то, следовательно, это сделал Сидоров.

Слайд 8
Меньшая посылка по первой фигуре категорического силлогизма должна быть утвердительным
суждением. Предположим, что она отрицательна. При отрицательности одной из посылок, вторая посылка обязательно должна быть утвердительной, ибо из двух отрицательных посылок вывод не следует. Но раз одна из посылок отрицательная, то и вывод будет отрицательным. В отрицательном выводе предикат — распределенное понятие, так как во всех отрицательных суждениях предикат всегда распределен. А предикат вывода является предикатом большей посылки, которая у нас — утвердительное суждение. В утвердительных же суждениях предикат, как правило, нераспределен. Согласно логике, термин, не распределенный в посылке, не может быть распределен в заключении. Таким образом, мы своим предположением об отрицательности меньшей посылки в первой фигуре вступаем в противоречие с законами логики, и поэтому от такого предположения следует отказаться. Итак, действительно, меньшая посылка в первой фигуре категорического силлогизма должна быть суждением утвердительным.
Пример: «Все предметы состоят из атомов и молекул, а логика как наука есть предмет, значит, она тоже состоит из атомов и молекул» — Данное рассуждение по форме соответствует прямому доказательству, но здесь имеет место явная подмена тезиса: слово «предмет» употреблено в разном значении, поэтому тезис «логика состоит из атомов и молекул» не следует с необходимостью из данных аргументов.

Слайд 9
Доказательство
1. Выделить элементы доказательства в следующих рассуждениях:
— Так как все
студенты есть учащиеся, то и некоторые спортсмены нашего факультета тоже учащиеся.
— Когда число делится на 20, то оно делится и на 5. Данное число делится на 10, значит оно делится и на 5.
— Всякий, кому суждено умереть, — умрет; всякий, кому суждено выздороветь, — выздоровеет. И умрет, и выздоровеет он независимо от того, будет вызван к нему врач или нет. Поэтому не стоит вызывать врача к больному и вообще что-то делать.
— Товарищ милиционер, я вижу, что дело оборачивается для меня штрафом! А чем я хуже других? Посмотрите, вон сколько человек переходят улицу тоже на красный сигнал светофора! Так почему же именно меня штрафуете?

Слайд 10
Опровержение
Опровержением называют установление ложности или необоснованности выдвинутого тезиса.
Цель опровержения –
разрушить выдвинутое доказательство.
Опровержение всегда носит вторичный характер: сначала нужно что-то доказать –тогда появляется материал для опровержения.
1.Опровержение (критика)тезиса заключается в установлении его ложности.
Если обнаруживаются противоречие между тезисом и известными фактами то заключается, что это следствие ложно.

Слайд 11
«Всякое убийство заслуживает осуждения»
Попробуем опровергнуть этот тезис , допустив,
что он истинен, приходим к противоречию следствий с фактами. Поэтому следует признать тезис ложным.
При косвенном опровержении обосновывают тезис, который формулируется как противоречащий выдвинутому тезису. Удачное обоснование свидетельствует о ложности тезиса оппонента, противоречащего доказанному истинному утверждению.

Слайд 12
Требования к тезису доказательства.
Тезис должен быть сформулирован. Формулировка тезиса имеет
вид некоторого утвердительного или отрицательного предложения, например: «Вы не выполнили своих обязательств», «Все птицы умеют летать», «Вы – дурак» и т.п.
Тезис должен нуждаться в доказательстве. Не следует доказывать аксиомы, определения понятий, констатации фактов, а также истинность многих утверждений обосновывается чувственным восприятием или практическим действием.

Слайд 13
Тезис должен оставаться одним и тем же на протяжении всего
доказательства.
Подмена тезиса создает иллюзию доказанности утверждения, которое не было доказано. Сознательная подмена тезиса часто лежит в основе демагогии и софистики.
Тезис: должен бросить курить. Аргументы: капля никотина убивает лошадь, курильщики умирают от рака легких и т.п.
Но это тезис: курение вредно для здоровья.
Потеря тезиса: доказывающий настолько увлекается перечислением своих аргументов, что забывает о тезисе.
тезис можно изменять, — в конструктивной дискуссии, когда оппоненты постепенно уточняют и проясняют свои первоначальные позиции. Важно лишь фиксировать такие изменения и не выдавать более позднее утверждение за первоначальный тезис.

Слайд 14
Тезис должен быть ясным и точным. Допустим, вы доказываете тезис
«Н. – состоятельный человек» и приводите аргументы: «Н. имеет автомобиль», «Н. построил дачу», «У Н. пятикомнатная квартира» и т.п. Но… Слово «состоятельный», как и слова «молодой», «красивый», «умный», «высокий», расплывчато, неопределенно в своем содержании, поэтому при использовании его для формулировки тезиса это слово нужно уточнить: «Состоятельным» я буду называть человека, имеющего такой-то доход. — При формулировке тезиса следует сразу же оговорить смысл ключевых слов

Слайд 15
Тезис: «Наполеон Бонапарт был психически неуравновешенным человеком»
Аргументы: «Наполеон, несомненно,
был великим человеком; все великие люди, как известно, были психически неуравновешенными, следовательно…» — ????
Но аргумент „Все великие люди были психически неуравновешенными“ кажется сомнительным и нуждается в доказательстве».
Ошибка — предвосхищение основания.
«Хорошо, – соглашаетесь вы, – сейчас я его докажу, Все великие люди были психически неуравновешенными. Вот, например. Наполеон – великий человек, верно? Но ведь он был психически неуравновешенным».
Ошибка — порочный круг.

Слайд 16
2-ой способ опровержения – критика аргументов: показав ложность или необоснованность
доводов оппонента, делают вывод о том, что его тезис не доказан.
Например, некто доказывает, что его приятель Н. – щедрый человек, и приводит аргумент: недавно в кафе он один расплатился за всех.
Мы опровергаем этот аргумент: Н. просто хотел произвести впечатление…
опровержение персонажа рассказа А.П, Чехова «Письмо к ученому соседу»:
«Вы пишете, что на Луне, т.е. на месяце, живут и обитают люди и племена. Этого не может быть никогда, потому что если бы и жили люди на Луне, то заслоняли бы для нас магический и волшебный свет ее своими домами и тучными пастбищами. Без дождика люди не могут жить, а дождь идет вниз на землю, а не вверх на Луну».

Слайд 17
Процесс аргументации предполагает тщательный предварительный анализ фактического материала. Слабые и
сомнительные аргументы отбрасываются или уточняются.
Предварительная работа проводится при этом с учетом особой стратегии и тактики аргументации.
Тактика: поиск и отбор таких аргументов, которые окажутся наиболее убедительными для данной аудитории.
Решение стратегической задачи аргументации определяется логическими требованиями к доводам. Правила эти следующие: в качестве аргументов могут выступать лишь такие положения, истинность которых доказана; аргументы обосновываются автономно, т.е. независимо от тезиса; аргументы не должны противоречить друг другу; аргументы должны быть достаточными для данного тезиса.

Слайд 18
Виды аргументов — утверждений, используемых для обоснования истинности других утверждений.
Во-первых,
это констатации фактов, истинность которых удостоверяется опытом, практикой, научным экспериментом, например: «Железо тонет в воде», «Река Конго дважды пересекает экватор», «Цезарь был убит в 44 г. до н.э.».
Во-вторых, определения понятий: «Окружность есть кривая замкнутая линия, равно удаленная от некоторой точки», «Геном называют простейшую единицу наследственности» и т.п.
В-третьих, аксиомы или постулаты той области знания, в рамках которой проводится доказательство. Например, если вы доказываете теорему из евклидовой геометрии, вы можете в качестве аргументов использовать известные 5 постулатов Евклида; если речь идет о механике, вы можете опираться на известные законы динамики Ньютона; в биологии – на законы Менделя.

Слайд 19
В-четвертых, ранее доказанные положения: если в ходе ваших рассуждений вы
доказали какой-то тезис, то в дальнейшем его можно использовать как аргумент для доказательства других положений.
Аргументы должны быть истинными утверждениями, причем их истинность не должна вызывать сомнений. использование ложного аргумента называется «основным заблуждением».
использование, может быть, и истинного, но сомнительного аргумента, нуждающегося в доказательстве ведет к ошибке — «предвосхищения основания»: мы слишком поспешно используем сомнительный аргумент, его еще нужно доказать.
Истинность аргументов должна устанавливаться автономно, т.е. независимо от доказываемого тезиса. Если при обосновании какого-то аргумента используется сам тезис, ошибка — «круг в обосновании» («порочный круг»).

Слайд 20
Совокупность аргументов должна быть непротиворечива.
Совокупность аргументов должна быть достаточной
для вывода тезиса. Один аргумент почти никогда не дает обоснования тезиса, его доказательная сила слишком мала. Но несколько взаимосвязанных аргументов способны создать прочную логическую основу для вывода.
3. При опровержении (критике) демонстрации требуется показать, что тезис не следует из приведенных аргументов, что допущена логическая ошибка. Если это удается, то тем самым дискредитируется все доказательство.

Слайд 21
Демонстрация, или форма доказательства
Самое трудное в доказательстве – показать, что
между аргументами и тезисом существует определенная логическая связь. Ошибка, связанная с отсутствием логической связи между аргументами и тезисом или с нарушением правил умозаключений, носит общее название «не следует».
Например, в «Повести о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем» Н.В. Гоголя:
«Вышеизображенный дворянин, которого уже самое имя и фамилия внушает всякое омерзение, питает в душе злостное намерение поджечь меня в собственном доме. Несомненные чему признаки из нижеследующего явствуют: во-1-х, оный злокачественный дворянин начал выходить часто из своих покоев, чего прежде никогда, по причине своей лености и гнусной тучности тега, не предпринимал; во-2-х, в людской его, примыкающей о самый забор, ограждающий мою собственную… землю, ежедневно и в необычайной продолжительности горит свет, что уже явное есть к тому доказательство, ибо до сего, по скаредной его скупости, всегда не только сальная свеча, но даже каганец был потушаем».
Тезис: «Сосед намеревается меня поджечь». Аргументы: «Он стал часто выходить из своих покоев», «По вечерам у него долго горит свет».

Слайд 22
Убедительность доказательств
условия: сформулируйте ясно тезис, выскажите истинные аргументы и продемонстрируйте
их логическую связь с тезисом.
доводы магистра Ионатуса, убеждавшего Гаргантюа вернуть колокола, унесенные им с башен собора: «Вот я вам сейчас докажу, что вы должны мне вернуть их! Я рассуждаю следующим образом: всякий колокол колокольный, на колокольне колокольствующий, колоколя колоколительно, колоколение вызывает у колокольствующих колокольственное. В Париже имеются колокола. Что и требовалось доказать».

Слайд 23
Дискуссия, полемика, спор, дебаты
спор — диалог, в основе
которого лежит расхождение точек зрения (мнений, убеждений) и существует взаимное стремление преодолеть это расхождение.
Разновидности спора
Логика классифицирует споры по признакам:
1. По характеру цели, которую ставят перед собой участники спора.
А. Высшей разновидностью спора считается спор, участники которого стремятся выяснить истину
Б. Целью спора может быть проверка истинности или обоснованности некоторой мысли.
В. Спор может проводиться с целью выработки общего мнения, способа действий, достижения согласия.
Д. Спор просто ради победы в интеллектуальном состязании.

Слайд 24
2. По количеству участников
А. Простой спор – это спор двух
человек. Один говорит, другой возражает. Все очень просто.
Б. Сложный спор – в нем участвуют несколько человек.
3. По наличию или отсутствию слушателей
А. Спор наедине, при котором присутствуете только вы и ваш оппонент.
Б. Публичный спор.
В. Спор для слушателей. (используется как средство пропаганды собственных воззрений и внушения их публике. -с толпой следует говорить как можно более кратко, ярко, образно, обращаясь не к разуму, а к эмоциям и чувствам. Акцент на внешний облик выступающего.)
4. По другим основаниям (устные и письменные).

Слайд 25
Условия спора
1. Должен существовать предмет спора – какая-то проблема или
тема, к которой относятся утверждения участников беседы.
Если такой темы нет, то спора не получится:
«Козел горячился: – Тоже придумали! Слыхано ли дело – не пускать козла в огород? Баран был холоден.
– Забор поставили, – горячился Козел. – Высокий забор, а посередине ворота… – Что? – оживился Баран. – Новые ворота?
– Не знаю, какие они там – новые или старые. – Вы что же не рассмотрели?
– Отстаньте, – холодно бросил Козел. – Какое это может иметь значение?
– Ну как же не может? Ну как же не может иметь? – горячился Баран. —
— Козел был холоден. – Если не ворота, – горячился Баран, – тогда зачем все? И зачем тогда городить огород?
– Да, да, зачем? – загорелся Козел. – Я то же самое спрашиваю. – Я не знаю, – пожал плечами Баран.
– Нет уж, скажите, – горячился Козел. – Вы мне ответьте: зачем городить огород? Баран был холоден. – Вот так – нагородят, – горячился Козел, – не пролезешь ни в какие ворота.
– Ворота?.. Баран горячился – Козел был холоден.
Козел горячился – Баран был холоден. И до чего же приятно – встретиться вот так, поговорить о том, что волнует обоих…» (Ф. Кривин. Ученые сказки).

Слайд 26
2. Относительно предмета спора должна существовать реальная противоположность позиций по
обсуждаемому вопросу.- Перед началом спора следует точнее сформулировать тезис и обозначить предмет спора, зафиксировать пункт разногласий и задать позиции спорящих сторон, договориться о значении ключевых терминов.
3. Необходима общая основа спора: принципы, положения, убеждения, которые признаются, разделяются обоими оппонентами. Если нет ни одного положения, с которым согласились бы обе стороны, то спор оказывается невозможным.
«Отрицайте все, и вы легко можете прослыть за умницу. Это уловка известная», – писал И.С. Тургенев. Ни с чем не соглашаться, все отрицать – вот порой средство самоутверждения.
4. Оппоненты должны иметь хотя бы какое-то знание о предмете спора.
5. Нужно уважать своего оппонента.

Слайд 27
Тактика спора
1. Инициатива. Следует с самого начала захватить инициативу: предложить
свою формулировку спорного вопроса, зафиксировать пункт разногласий, предложить место проведения спора. В споре следует помнить старое правило: нападение – лучшая защита. Захватив инициативу, продолжайте наступление: нападайте на тезис и аргументы оппонента, заставляя его защищаться; вопросами, уточнениями, аргументами направляйте спор в нужном для вас направлении.
2. Бремя доказывания. Преимущество получает тот, кому удастся возложить бремя доказывания на оппонента. захватив инициативу, следует повести дело так, чтобы доказывать свой тезис пришлось вашему противнику: «Вы утверждаете то-то и то, а как вы можете обосновать свое утверждение?» или «Откуда следует то, что вы сейчас сказали?». (строить всегда труднее, чем разрушать)
3. Концентрация. Не следует нападать на все звенья аргументации противника. Нужно определить наиболее слабый пункт в его аргументации и сконцентрировать все силы именно на нем.

Слайд 28
4. Неожиданный резерв. Неразумно вводить сразу все аргументы, целесообразно некоторые
придержать в запасе и пустить их в ход в решающий момент спора, когда оппонент этого не ожидает.
5. Обращение аргументов противника против него самого. В ходе спора нужно внимательно присматриваться к аргументам противника: действительно ли данный аргумент обоснован, имеет ли отношение к защищаемому или опровергаемому тезису.
Отец: В твои годы, сынок, Авраам Линкольн уже сам зарабатывал себе на хлеб.
Сын: А в твои годы, папочка, Авраам Линкольн был уже президентом Соединенных Штатов!
Следует внимательно оценивать и собственные аргументы.

Слайд 29
6. Отложенный ответ. Если оппонент привел сильный довод, на который
вы не знаете, как ответить, не спешите признавать свое поражение.
7. Следует развивать в себе способность помнить весь спор, т.е. держать в памяти его начало, тезис противника и свой собственный, взаимную аргументацию и общее направление полемики.
8. Манера держаться — важно сохранить спокойное достоинство и хладнокровие, — уверенный тон, четкую аргументацию, размеренную речь. — «Ты сердишься, Юпитер, значит, ты не прав!»
9. Последнее слово. Подводя итоги столкновения, можно представить их в выгодном для себя свете, и даже если они оказались плачевными, последнее слово дает возможность хоть как-то «сохранить лицо».

Слайд 30
Запрещенные приемы спора
Паралогизм — если ошибка допущена непреднамеренно – в
силу незнания, невнимательности или запальчивости.
Софизм — некорректный прием, уловка, нарушающая логику. — Покупаю, скажем, бананы и вижу, что на килограмм продавщица кладет всего три штуки. «На килограмм три банана, – говорю я ей, – маловато будет!» «Что? – взвивается она. – Мало? Да ты разуй глаза! Ты пьян и ничего не соображаешь! Забирай свои бананы и уходи, а то сейчас милицию позову!»

Слайд 31
Первым систематизатором логических (софистических и паралогистических) ошибок является Аристотель. «О
софистических опровержениях»
Аристотель выделяет шесть видов преднамеренных ошибок—софизмов, основывающихся на неправильном употреблении словесных выражений, т.е. зависящих от языка, от оборотов речи. Прежде всего это — омонимия, позволяющая одно и то же слово употреблять в разных значениях. Так, в рассуждении:
Лев — царь зверей
Лев — имя существительное
Имя существительное — царь зверей или
Лук есть оружие дикарей
Лук есть домашнее растение
Домашнее растение есть оружие дикарей
— учетверение термина в умозаключении

Слайд 32
Другой намеренной ошибкой выступает амфиболия, или двусмысленность выражения в целом.
Например: «Мать любит дочь», «Желание врагов захватить», «Знание букв», «Генерал своим корпусом преградил ему путь» или «Суд установил, что обвиняемый передал для незаконного дубления кроме шкуры своей собственной, телячьей, также и шкуру своей матери, говяжью».

Слайд 33
оксюморон — двусмысленность, возникающая при соединении противоположных по значению слов.
Например: «сидящий встал», «бегущий остановился», «горячий снег», «жареный лед», «свободная зона» и т. п.
двусмысленность, основанная на разъединении целого на части и приписывании свойств, присущих лишь части, всему целому. Например: «Пять — это два и три, но поскольку два — четное число, а три — нечетное число, то пять, получается, четное и нечетное число одновременно».

Слайд 34
Следующая софистическая уловка основывается на неправильном произношении. (замок и замок,
атлас и атлас, ледник и ледник и т. п., а также фразы, значение которых существенно зависит от логического ударения: «Казнить нельзя помиловать».)
последняя намеренная ошибка — двусмысленность, которая достигается посредством формы выражения (подмены мужского рода женским, среднего рода мужским или женским за счет одинаковости окончаний этих слов; или подмены качества количеством; или отождествления результата с процессом, состояния — с действием и т.п.) напр., -«здравствовать» и «строить»

Слайд 35
Софизмы и паралогизмы, не зависящие от языковых форм выражения, Аристотель
подразделяет на семь видов.
1 — от привходящего или — на основании случайного.
Так, если преподаватель не то, что студент, а студент, известно, — человек, то можно софистически заключить, что преподаватель — не человек.
2-ая ошибка — от сказанного вообще переходят к сказанному в определенном отношении. (различие между «быть чем-то» и просто «быть», между «не быть чем-то» и просто «не быть» кажется совсем незначительным.)
если известно, что мышьяк — яд, то на этом основании можно заключить, что врач, прописавший мне мышьяк, хочет меня отравить.
мышьяк есть лекарство — заключение, что он вообще всегда и всем полезен.

Слайд 36
3 — нечетко сформулирован предмет обсуждения, его существование во времени,
условия, в которых он рассматривается. Согласно логике эти обстоятельства должны быть определенными, известными и не меняться в процессе рассмотрения (обсуждения) предмета.
4 — при использовании в качестве аргумента положения, которое лишь кажется бесспорно истинным.
5 — ошибка, связанная с перенесением следствия на место причины — «от следования». (если человек болен лихорадкою, то у него обязательно высокая температура. Но — раз у человека высокая температура, то он болен лихорадкою. Или — раз во время дождя люди раскрывают зонтики, то для того, чтобы пошел дождь, надо тоже раскрывать зонтики.

Слайд 37
6 -возникает от принятия за причину того, что ею на
самом деле не является — умозаключение через невозможное. («Скажите, сколько вам заплатили за то, чтобы вы отстаивали именно это положение?». Или «Конечно, этот довод приведешь не во всяком споре, человек, недостаточно образованный его не оценит и не поймет, но вы — человек умный, начитанный, вам, конечно, известно, что наукой установлено…».

Слайд 38
7 вид логической ошибки — соединение нескольких вопросов в один.
Аристотель в подобных случаях советует не давать на такие вопросы простых ответов. Например, на вопрос: «Перестал ли ты бить своего отца?» — любой простой ответ приводит к несуразице. Лучше -«Я не могу даже подумать о том, что можно было бить отца, ибо большего позора для сына быть не может».
Например: «Честно или не честно защищать другого в ущерб себе? Да или нет?»
— Но постой, я не могу одним словом ответить на такой вопрос.
— А! Не можешь прямо ответить! Когда тебя прижмут к стенке, ты всегда пускаешься на всякие уловки!
— Да нет же! Сам вопрос такого рода, что на него невозможно ответить только «да» или «нет». Это сложный вопрос и на него надо…
— Слыхали мы эти ваши отговорки, эти громкие фразы, знаем ваши увертки, а ты мне без обиняков, без хитросплетений ответь прямо — «да» или «нет».


